Владимир ДАУТ:

О ТАКОМ САМ МАХЛАЙ НЕ МЕЧТАЛ


Теперь стоит на заводе, и стоит уже  20 с лишним лет уникальное производство метанола.  Директор  у завода теперь другой, но из той же когорты коренных губахинцев, коренных заводчан. И наименование у предприятия сменилось. Но установка-то работает!

Мы беседуем с Владимиром  Александровичем  Даутом, генеральным директором ОАО «Метафракс».

-Что сегодня представляет собой бывший Губахинский завод?

- «Метафракс» сегодня – это современное химическое предприятие. В июне будет четыре года, как я был назначен генеральным директором, а до этого 17 лет работал главным инженером с перерывами на учебу в Академии народного хозяйства при Совете министров  и подготовку диссертации. Я и родился, и вырос, и  становился специалистом здесь, в Губахе. Край у нас суровый, зима долгая, почти 9 месяцев, и крутая. Тут горы, много снега, сильные ветры. Короче, приезжему адаптироваться сложно. Поэтому у нас стало традицией растить и выдвигать свои, местные кадры. Проверяли не раз: приглашали выпускников вузов со стороны, ребят и девчонок грамотных, энергичных, создавали им нормальные бытовые условия,  и все равно, они у нас не задерживались. Вот и Владимир Николаевич Махлай, тоже родом из Губахи. Оттого и дорос до директорской должности.

«Метафракс» уже 7 лет входит в список 200 крупнейших предприятий  России и занимает 19-е место среди химических предприятий России. Само наименование «Метафракс» образовалось от сложения первых букв наименований выпускаемой продукции: метанол, амины, формалин, карбамидоформальдегидные смолы. Началась история предприятия в 1942 году, но свою летопись мы ведем с 1955 года, когда запустили здесь производство толуола. Как раз в прошлом году отметили 50-летие предприятия. Нашим базовым производством всю жизнь было и остается производство метанола, который поначалу выпускался на коксовом газе, получаемом с коксо-химического предприятия. Производство тогда было очень тяжелым, ресурсоемким во всех смыслах, А потом была реконструкция, перешли на природный газ и увеличили выпуск до 110 тыс.тонн.  Но технико-экономические показатели тоже были не самые лучшие.

А вот производство метанола, запущенное в 1984 году по английской технологии и на импортном оборудовании – это уже был большой прогресс. Вот это уже было сделано при активнейшем участии и под непосредственным руководством Владимира Николаевича Махлая. Контракт был крупнейшим в стране, его исполнение курировалось на уровне высшего руководства в Москве, но практически ни одного серьезного замечания за все годы строительства мы не получили. По завершении стройки и пуска в эксплуатацию были приветствия, правительственные телеграммы, списки награжденных. Вместе с Махлаем большую роль сыграл тогдашний первый заместитель министра химической промышленности Коваль Владимир Ефимович, который активно поддержал идею Махлая о строительстве  данного производства именно в Губахе. Не будь этого, сегодня предприятие, скорее всего, было бы закрыто, потому что его старые технологии сегодня бы вообще не были бы востребованы. И еще был могучий человек, первый секретарь обкома Борис Всеволодович Коноплев. Вообще-то Губаха была краем шахтерским: уголек здесь добывали два века подряд. Но в конце 50-х годов прошлого века пласты стали истощаться, добыча стала падать, и Коноплев тоже думал о том, чем занять трудоспособное население нашей территории. Оттого так горячо поддержал инициативу Махлая. Борису Всеволодовичу сегодня 85 лет, он по - прежнему активен и бодр.

-Все так хорошо и гладко проходило?

-Ну что вы! Противников размещения метанола-750 в Губахе на всех уровнях было очень много. Теперь это называется конкуренция. «Северодонецказот»  с Украины везде писал, что Губаха не готова принять такую установку, мол, дайте это производство нам. И в центре тоже сопротивлялись, приводя беспроигрышный довод о том, что в Губахе не было мощной строительной организации, и ее создание отодвигало сроки начала строительства на приличное время. Махлай и тогда, как сейчас, ничего не боялся. Но тут и Коноплев не побоялся груза ответственности, «продавил» своим авторитетом нужное решение. А когда уж развернулась стройка, то тут подключились все: и городские, и областные власти. Тогда же начались проблемы с продуктами, и накормить такую громадную стройку было непросто. Мы в командировку возили с собой сухой паек, вечером поужинать было негде.

-И вот  метанол запущен…

- Да, как бы там не было, метанол мы пустили 22 сентября 1982 года, а в марте  1985 года Махлая от нас забрали на  проблемное  тогда предприятие «Тольяттиазот», где директора менялись чуть ли не ежегодно. Это ему за все хорошее была награда. У нас тут из уст в уста передавали информацию, что тогда в Тольятти министерская проверка выявила больше трехсот недоработок и упущений в производстве, и ему все это нужно было ликвидировать…

А за  огромную работу по возведению в Губахе уникального производства, как мы ожидали, он должен был стать Героем соцтруда, но получил только скромный орден. Рядовые шофера и бетонщики были награждены более престижными наградами. Нет, не ценили у нас инженерный труд, труд  руководителя. Хотя для него это было совершенно безразлично, я имею в виду награды. Он не за поощрения всегда работал, а потому что работал. И все тут. И должность союзного замминистра по капитальному строительству сулили, это было бы его место. Вот это здание управления, где мы с вами разговариваем, он построил хозспособом. А это помните, что такое? Это когда из центра денег не выделяли, и предприятие  на сэкономленные средства и своими силами что-то себе строило. Вот это здание  будет нашему  предприятию служить еще многие десятилетия.

-Каким он показал себя руководителем? Ведь он, в конце концов, стал в Губахе директором.

-Дальновидным. Он еще на первых этапах стройки предусмотрел буквально все для успешной эксплуатации. Мы, работающие после него, до сих пор обнаруживаем его наработки, его предусмотрительность. И еще: он был жестким. Такая была жизнь в ту пору. Работать – до 22-00. И попробуй, заикнись ему, что нужно пойти в отпуск. Такое лицо сделает, что забудешь и думать про путевочку к морю. Он нам  говорил: «Мужики, терпите и терпите! Построить метанол – это наше единственное спасение. Без него заводу – каюк».

И я его за те методы не осуждаю: а как можно было бы по-другому заставить людей в голоде и холоде выполнять непосильные объемы работ? У  нас на площадках было просто военное положение. Но в те годы мы здорово обижались на него, скажу честно. Даже некоторые его заместители между собой переговаривались: «Что нам, умереть тут, на стройке?» Это уже потом мы осознали, какое он испытывал давление  всех вышестоящих инстанций: сроки-то были директивные, записанные в высоких решениях. И при этом никого не интересовало, устали ли люди на строительных площадках, или нет.

Я, молодой,  один только раз присутствовал на совещании  вот в этом, директорском кабинете, когда был первый секретарь обкома, заведующий отделом химии ЦК, союзные министры. И Махлай имел недопустимую по тем временам смелость заявить, что агрегат метанола пускать не будет, потому что еще много недоделок, некомплект оборудования, того нет, другого нет… Вы бы слышали, как они его отчитывали, как песочили, просто морально уничтожали. Говорили: нет того-этого? Так постройте! Связи нет? – Из своего кабинета отдай телефон!

А он же ничего невероятного не требовал: с таким серьезным производством шутить нельзя. Его выступление тогда могло бы ему и должности стоить. Ну, геройской звезды стоило – это точно. Спас его только успешный пуск производства. Потому что англичане, присутствовавшие при этом, удивились, что новое производство было запущено с первой попытки, в такие сжатые сроки и без останова проработало 10 дней.

Его самостоятельность, даже смелость были гораздо ярче видны, чем его умение «делать политику». Да он и совсем не был тогда политиком, да и теперь им не стал. Не льстил и не подмазывался к высокому начальству, не поддакивал и не кивал. Он всегда говорит то, что думает. Оттого и имеет то и дело проблемы. Но дело у него крутится, как наш метанол: уверенно и без остановок.

-А что сегодня в «Метафраксе»?

-Сегодня мы, успешно освоив метанол, занимаемся наращиванием его мощности до 1 млн. тонн. В этом, 2006 году, намерены завершить все работы по реконструкции и расширению нашего базового производства. Но оно у нас  не одно. Принята генеральная линия – увеличить и ОБЪЕМ производства метанола, и объхем его переработки. Построили три новые установки по производству карбамидоформальдегидного концентрата по шведской технологии.   Создали крупное совместное  предприятие с финнами по производству синтетических смол. Все это – для выпуска древесных плит – ДСП, ДВП, МДФ, а также фанеры. В ближайшее время здесь же будем   производить  технические смолы для  теплоизоляционных материалов. Все наши зарубежные партнеры – компании крупные, в своих отраслях известные и уважаемые. Поэтому мы уверены в плодотворном сотрудничестве и успешном вхождении в новые рынки. К 2010 году объем переработки  метанола будет увеличен до 400 тыс. тонн. Сегодня эта цифра пока что 280 тыс. тонн. Мы строим новое производство, чтобы еще больше углубить переработку сырья.

В этом году будем заканчивать монтаж уникальной и единственной такой в стране крупнотоннажной установки по выпуску концентрированного формалина для внутреннего потребления.

-Похоже, что «Метафракс» уже совсем не тот завод, что когда-то подтолкнул к светлому будущему Владимир Николаевич Махлай.

-Это да. Если собрать все наши предприятия , то получится численность около 7 тыс. человек. О таком, наверное, и сам Владимир Николаевич не мечтал. Собственно, численность персонала теперь говорит не о многом: предприятие имеет настолько высокий технический уровень, что удельная потребность в персонале снижена в несколько раз. В то же время мы имеем свой лицей и технический колледж, где готовим себе кадры. Как в старые добрые времена закрепили за цехами определенные классы, поднимаем материальную базу. А как без этого? Предприятие на месте не стоит, нужно продвигать и все подразделения, которые сопутствуют ему.

        Февраль 2006 г.

ВСТУПЛЕНИЕ НАЧАЛО НАЧАЛ КАРЬЕРА СТРОЙКИ БОРЬБА ПУБЛИКАЦИИ НАГРАДЫ

Владимир Николаевич

Махлай

Вступление

Начало начал

Награды

Карьера

Стройки

Борьба

Публикации

Влади́мир Никола́евич Махла́й (род. 9 июня 1937, Губаха, Пермская область, РСФСР) — российский инженер, экономист, крупный предприниматель.

Основной владелец компании «Тольяттиазот», почти пятнадцать лет занимал должности президента и председателя совета директоров корпорации, но в мае 2011 года отошёл от дел.

Общение - жизнь!

Контактная информация: vnmgubaha@gmail.com